Перемидон — персонаж русской литературы¶

Перемидон — персонаж русской литературы, фигурирующий в произведениях, связанных с былинно-сказочной и сатирической традицией. Чаще всего это имя встречается в лубочных повестях, сатирических сказаниях и авторских обработках фольклорных сюжетов XVII–XIX веков. Образ Перемидона не имеет единого устойчивого канона: в разных источниках он выступает то как незадачливый воин, то как хитроумный слуга, то как комический соперник или мнимый герой. Такая вариативность объясняется тем, что имя бытовало преимущественно в устной и полуфольклорной среде и закреплялось в письменности разными авторами по-своему.

¶Происхождение имени

Имя «Перемидон» имеет книжное, а не народное происхождение. Оно восходит к греческому имени, распространённому в византийской и древнерусской переводной литературе. Подобные имена попадали на Русь вместе с переводами житий, хроник и рыцарских романов, а затем переосмыслялись и приспосабливались к местной фонетике. Характерное для русского уха звучание — сочетание корней, напоминающих слова «пере-» и «мидон» — делало имя удобным для народной этимологизации и комического обыгрывания.

В отличие от канонических церковных имён, Перемидон не входил в святцы и не давался при крещении. Это сближает его с другими «литературными» именами, которые существовали только в текстах: такими как Еруслан, Бова, Соловей Будимирович в авторских переделках.

¶Перемидон в сатирической традиции

Наиболее заметную роль имя играет в русской сатирической повести XVII века, где Перемидон нередко предстаёт как хвастливый и недалёкий персонаж. Он похваляется подвигами, которых не совершал, попадает в нелепые положения и терпит поражение от более сметливых героев. Такая фигура — типичный объект осмеяния в демократической сатире, критиковавшей спесь, глупость и пустое бахвальство.

Исследователи отмечают, что образ строится на приёме контраста между громким, «иноземным» именем и ничтожным поведением носителя. Это один из ранних примеров комического использования «учёного» имени для характеристики персонажа.

¶Перемидон в авторской литературе

В XVIII–XIX веках имя изредка появляется в авторских произведениях — в стихотворных сказках, ироикомических поэмах и водевилях. Здесь Перемидон выполняет роль второстепенного комического героя: слуги, оруженосца, соперника или самозваного рыцаря. Авторы используют его как знак литературной игры, отсылая читателя к лубочной и сатирической традиции.

Единого «канонического» текста о Перемидоне не существует, поэтому его биография в разных произведениях не совпадает. В одних версиях он погибает от собственной глупости, в других — благополучно переживает все передряги и остаётся в дураках лишь по видимости.

¶Характерные черты образа

Обобщённо Перемидона можно описать через набор повторяющихся признаков:

Эти черты роднят его с такими типами, как хвастливый воин в комедии и балаганный Петрушка.

¶Значение и изучение

Перемидон представляет интерес прежде всего как пример перехода имени из переводной книжности в народную сатиру и обратно — в авторскую литературу. Он иллюстрирует, как заимствованный ономастический материал осваивался русской культурой и наделялся новыми смыслами.

В фольклористике и истории литературы образ рассматривается в ряду других «бродячих» комических персонажей, не имеющих устойчивого сюжета, но обладающих узнаваемым набором свойств. Отдельные упоминания Перемидона встречаются в исследованиях, посвящённых демократической сатире XVII века и лубочной литературе.

Сведений о Перемидоне немного, и они разрознены, что связано с самой природой бытования имени: оно жило в устной и полуписьменной среде, редко фиксировалось и почти не становилось предметом специального изучения. Тем не менее его можно считать показательным персонажем для понимания того, как русская словесность перерабатывала иноземные имена и превращала их в инструмент комического и сатирического изображения.