Название как лингвистическая категория¶

Назовал — устаревшая и диалектная форма прошедшего времени мужского рода глагола «назвать» (называть), означающая «дал имя, наименование кому-либо или чему-либо; поименовал». Форма встречается в памятниках древнерусской и церковнославянской письменности, в севернорусских и сибирских говорах, а также в стилизованной речи персонажей литературных произведений XIX–XX веков. В современном литературном русском языке нормативной является форма «назвал»; «назовал» сохраняется как диалектизм и историзм.

¶Морфологическая характеристика

«Назовал» относится к глаголам совершенного вида и образован от инфинитива «назвать» (корень -зв-, приставка на-, суффикс -а-). Форма имеет следующие грамматические признаки:

• Время — прошедшее;
• Число — единственное;
• Род — мужской;
• Лицо — не выражено (прошедшее время в русском языке не имеет личных окончаний);
• Наклонение — изъявительное.

Словообразовательная модель с суффиксом -ова- характерна для ряда диалектных и просторечных форм: ср. «сказовал», «бывало», «деловал». В севернорусских говорах подобные образования возникали под влиянием глаголов на -овать (например, «рисовал», «целовал»), что приводило к выравниванию парадигмы и появлению вставного -ов-.

¶История употребления

В древнерусских текстах XI–XIV веков встречаются формы «назовати», «назовахъ», «назовалъ». Например, в летописных сводах и житийной литературе глагол использовался в значении «дать имя при крещении», «наречь». Церковнославянская традиция закрепила форму «нарече», «наречеся», тогда как «назовал» оставался принадлежностью разговорной и деловой речи.

К XVIII веку в результате унификации литературной нормы, связанной с деятельностью М. В. Ломоносова и последующих грамматистов, форма «назовал» была вытеснена из письменного стандарта формой «назвал». В словаре В. И. Даля (1863–1866) «назовать» помечено как «северное», «архангельское», то есть диалектное.

¶Диалектное распространение

По данным диалектологических экспедиций XX века, форма «назовал» и её варианты («назовала», «назовали») фиксировались в следующих регионах:

В южнорусских говорах форма не зафиксирована — там преобладает «назвал» или «назвав».

¶В литературе

Писатели, обращавшиеся к народной речи, использовали «назовал» для речевой характеристики персонажей. Встречается у П. И. Мельникова-Печерского в дилогии «В лесах» и «На горах», у Д. Н. Мамина-Сибиряка в уральских очерках, у И. А. Бунина в рассказах о деревне. В советской литературе форма применялась реже, преимущественно в сказовых жанрах — например, у П. П. Бажова в сказах о Хозяйке Медной горы.

¶Современный статус

В нормативных словарях русского языка (словарь С. И. Ожегова, Большой академический словарь) форма «назовал» отсутствует. Она квалифицируется как диалектизм и не входит в литературный стандарт. В устной речи носителей старшего поколения в сельской местности северных регионов форма может сохраняться, однако в письменной коммуникации и в средствах массовой информации не употребляется.

В интернет-среде слово иногда используется в качестве стилизации под «народную» речь или в шутливом контексте, что не меняет его статуса как нелитературной формы.

¶Смежные явления

Сходные процессы вытеснения диалектных глагольных форм литературными аналогами затронули и другие лексемы: «ложить» (вместо «класть»), «хочут» (вместо «хотят»), «пекёт» (вместо «печёт»). Эти формы объединяет принадлежность к нелитературной подсистеме языка и устойчивое восприятие как просторечия или диалекта.

Отдельно стоит упомянуть омонимичное по звучанию, но иное по значению слово «назовал» в значении «много возил» (от «возить» с приставкой на-): такая форма встречается в южных говорах и является результатом иного словообразовательного процесса.

¶Значение для языкознания

Изучение форм типа «назовал» важно для исторической грамматики и диалектологии: они позволяют проследить пути выравнивания глагольных парадигм, взаимодействие книжной и народной традиций, а также динамику литературной нормы. Материалы диалектологических атласов русского языка (в частности, «Диалектологического атласа русского языка», издававшегося с 1986 года) фиксируют ареалы распространения подобных форм и их угасание под влиянием школьного образования, радио и телевидения во второй половине XX века.